КНИГА

Модераторы: morozov, mike@in-russia, Editor

Аватара пользователя
morozov
Сообщения: 34603
Зарегистрирован: Вт май 17, 2005 18:44
Откуда: с Уралу
Контактная информация:

КНИГА

Номер сообщения:#1   morozov »

О КНИГЕ
Уже 35 лет я физик-теоретик и пока сам делаю все свои работы. В
мои 60 лет это редкость. Но и мне осталось максимум лет пять творческой
жизни. И я подвожу итоги.
Эта книга о науке: чем она занимается, как это делает и почему это ста-
ло плохо получаться. Созданная человечеством наука не универсальна,
слишком антропоморфна (см. раздел «Тупик гносеологии») и даже в основе
своих основ — математической логике и аксиоматике теории множеств —
исходит из повседневного опыта человека — млекопитающего из отряда
приматов на третьей планете системы желтого карлика на краю ничем не
примечательной спиральной галактики. Эта наука сталкивается с кардиналь-
ными трудностями, когда пытается описать, например, квантово-полевые
системы. С такой наукой у человечества нет большого будущего. Тупик! Как
найти выход? Это будет ясно потом, когда выход найдут. Если найдут.
По своему научному мировоззрению и менталитету я — советский
физик-теоретик. Именно ядерная физика (а с ней попутно физика высоких
энергий и теоретическая физика) стала приоритетным направлением со-
ветской науки, имевшим важнейшее практическое значение и для обороны,
и для индустрии. Конечно, отечественная математическая школа — мехмат
МГУ — котировалась на самом высоком мировом уровне, но ее достиже-
ния (КАМ теорема и др.) лежали скорее в «сфере чистого разума».
Это книга об отечественной науке. Упорно культивируется миф, что
СССР создал великую науку, что у нашей страны «громадный интеллекту-
альный потенциал» и т. д. Это ложь (см. «СССР. Кастрированная наука»).
Есть институты и университеты, здания и лаборатории, профессора и ака-
демики, но нет современной науки и современного высшего образования.
У меня есть большая претензия к человечеству. Человечество парази-
тирует на ученых. Эйнштейн жил на одну профессорскую зарплату, а Дар-
вин вообще ничего не получал. «Максвелл дал человечеству больше, чем
все фондовые биржи мира за всю историю их существования» — это сло-
ва Маргарет Тэтчер в ее бытность премьер-министром Великобритании.
Действительно, весь технический прогресс в XX веке основан на уравне-
ниях электродинамики Максвелла. А наш министр финансов заявил, что
ученые — нахлебники. Знает ли читатель, кто был королем или королевой
Великобритании при Ньютоне, мэром Афин — при Аристотеле или Рим-
ским папой — при Галилее? Греция навсегда останется великой страной
благодаря десятку творцов: Гомеру, Сократу, Платону… И так же Италия,
Франция, Англия… И Россия — тоже благодаря Толстому, Достоевскому,
Шостаковичу… Но не именами царей, генсеков и президентов.
В науке есть свой уникальный кайф. Научный результат — это истина
навсегда. И как бы смотришь в вечность, и вечность смотрит на тебя. И ты
наравне с Богом, сотворившим мир (если Бог есть), или сам Бог (если Бога
нет). Правда, этот кайф редок и кратковременен. И вечность не совсем
вечность, а примерно 20 млрд лет до лептонной смерти Вселенной, а то и
всего 2 млрд лет до взрыва нашего Солнца. Это немного огорчает.
Я материалист, но религия — неотъемлемый атрибут всякой разумной
формы жизни. В моей книге Бог — это не «местечковый» бог какой-либо
конкретной религии. Религий на Земле сотни. А в галактике? А в метага-
лактике? В моей книге Бог понимается как трансцендентный абсолют (ес-
ли Бог есть) или идея трансцендентного абсолюта (если Бога нет). Суще-
ствование или несуществование такого Бога в принципе недоказуемы, а
следовательно, как ученый-материалист, я должен допускать возможность,
что он есть (см. «О гипотезе Бога»). Впрочем, скоро, возможно, все выяс-
нится. Для ученого смерть — это заключительный эксперимент, что не-
сколько утешает.
Конечно, эта книга и о себе самом. «Скромность — это достоинство,
когда других достоинств нет», — сказал кто-то из «великих». Первые два
раздела книги («До физфака» и «Физфак. Полувысшее образование») осо-
бенно автобиографичны: «я, я, я…». Не надо, пожалуйста, думать, что ав-
тор столь сильно озабочен собой. Правда, мне с самим собой всегда было
интересно. Надеюсь, что по прочтении книги у читателя не разовьется
комплекс неполноценности.
Вопреки моде в книге нет ничего о сексе. Об этом, пожалуйста, к ка-
кому-нибудь дворовому коту. Мужчина, который очень носится с этой сво-
ей штукой, смешон. Таких штук на Земле около 3 млрд, не считая кроли-
ков, уже упомянутых котов и др. Например, некую нашу путешественницу
очень впечатлили гениталии слона, ведь, как известно, «слоны в диковин-
ку у нас». Хотя и любовь без секса — это что-то убогое (при всем уваже-
нии к Данте и Петрарке). Хочется не только восхищаться женщиной, но и
потрогать ее, и…. Если же мужчина самоутверждается с женщиной, он —
слабак. Мужчина должен утверждаться в деле. Впрочем, у женщин, по-
видимому, иное мнение, ибо самые «мужчинистые» мужчины: гомеров-
ский Менелай, библейский царь Давид, евангельский Ирод Великий, рим-
ский император Август, наш Петр Первый и даже Наполеон, как известно,
были в пренебрежении у своих жен, причем самых ими любимых. Мне
это близко. Я тоже в пренебрежении у своего кота.

Примечание. По всей книге если написано, например, «50-е годы»,
имеются в виду 50-е годы XX века. Мне все еще странно писать: «В 70-е го-
ды прошлого века я занимался…». Неужели я такой патриарх?
Благодарность. Я хочу поблагодарить Сергея Пищикова, мужа моей
старшей дочери Лены, который («старик должен поспешить!») побудил
меня написать эту книгу, и Лену — за «щадящее» редактирование.
С уважением, Морозов Валерий Борисович

FENIMUS
Сообщения: 999
Зарегистрирован: Пн мар 31, 2008 11:57
Контактная информация:

Re: КНИГА

Номер сообщения:#2   FENIMUS »

А где книга то? )
Никаких тупиков у науки нету, тупик есть в конечности жизни, просто не хватает времени жизни...
Человек не должен держать все в голове, это у лошади голова большая, а у человека маленькая.. Решение должно быть найдено, записано в соответствующем виде, "программу или книгу" и забыто.. Мозг это не место для хранения всего.. Мозг это сложная динамическая система. Нет смысла помнить, то что мы делали в яслях или школе, мы со временем стаем другими, тоесть мы становимся не мы, следовательно и память вся должна перезаписываться под новое мировозрение, а помнить должны книги и роботы.
И вообще представление, что наука должна развиваться бесконечно, немного неправильно. Самые совершенные приборы состоят из атомов, которые намного сложнее этих приборов, не говоря уже о всех возможных комбинациях состояний между этими атомами. Это просто ошибочная вера, что компьютер может или должен все просчитать, или математик придумать формулу описывающую все. Человеку это не нужно.. Человеку нужно следовать своим рефлексам, не примитивным.., ). Мозг может запоминать, и предсказывать не пользуясь формулами и пониманием..

Аватара пользователя
morozov
Сообщения: 34603
Зарегистрирован: Вт май 17, 2005 18:44
Откуда: с Уралу
Контактная информация:

Re: КНИГА

Номер сообщения:#3   morozov »

ОБ АВТОРЕ.
ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКАЯ СПРАВКА
Я, Сарданашвили Геннадий Александрович, физик-теоретик, доктор
физико-математических наук.
Родился в 1950 г. в Москве. В 1967 г. окончил 2-ую математическую
школу с серебряной медалью и поступил на физический факультет МГК.
В 1973 г. с отличием окончил физический факультет, а в 1976 г. — его ас-
пирантуру, под руководством профессора Д. Д. Иваненко (см. «О Д. Д. Ива-
ненко»). С 1976 г. работаю на кафедре теоретической физики физиче-
ского факультета МГУ, в настоящее время — ведущий научный сотруд-
ник. В 1989–2004 гг. был также a visiting professor в Университете г. Ка-
мерино (Camerino) в Италии.
Основатель и главный редактор международного журнала «International
Journal of Geometric Methods in Modern Physics» (World Scientific,
Singapore).
Область научных интересов: геометрические методы теории поля,
классической и квантовой механики; теория калибровочных полей; теория
гравитации.
Дипломная работа: «Конечномерные представления конформной груп-
пы» (1973 г.). Кандидатская диссертация: «Формализм расслоений в неко-
торых моделях теории поля» (1980 г.). Докторская диссертация: «Хиггсов-
ская модель классического гравитационного поля» (1998 г.).
Главные научные результаты:
• создал калибровочную теорию гравитации, в которой гравитационное
поле описывается как хиггсовское, отвечающее за нарушение про-
странственно-временных симметрий;
• развил геометрическую формулировку классической теории поля в
терминах расслоений и многообразий струй;
• доказал теоремы Нетер для общего случая вырожденных лагранже-
вых теорий четных и нечетных грассмановых переменных;
• обобщил формулировку лагранжевой БРСТ-теории для полей на про-
извольном многообразии;
Об авторе. Энциклопедическая справка 19
• развил ковариантный (полисимплектический) гамильтонов формализм
классической теории поля;
• разработал геометрическую формулировку неконсервативной класси-
ческой и квантовой механики;
• обобщил теоремы Лиувилля—Арнольда, Нехорошева и Мищенко—
Фоменко о координатах «действие-угол» для вполне интегрируемых и
суперинтегрируемых гамильтоновых систем на случай некомпактных
инвариантных подмногообразий.
Опубликовал 18 книг и более 300 статей:
С уважением, Морозов Валерий Борисович

Аватара пользователя
Кисантий
Сообщения: 7552
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 18:57

Re: КНИГА

Номер сообщения:#4   Кисантий »

Вам надо присвоить звание народного артиста СССР. То что Вы высококвалифицированный физик теоретик, мне хорошо известно...когда то Вас случайно сдала ученая секретарь ФИАН, правда настоящую фамилию эта дама не назвала :mrgreen: Вот поэтому я был уверен , что Вы из ФИАН и скорее всего твердотельщик. То что имеете прямое отношение к геометрическим методам физики, мне стало ясно после того как Вы заявили, что забытую формулу Эйнштейна, признаете и считаете очевидно правильной. Для обычного физика эта формула непостижима и думаю что лет 200 еще не поймут.
Кот это очень древнее и неприкосновенное животное. Кот спас жизнь хозяину, позвонив в 911

Аватара пользователя
morozov
Сообщения: 34603
Зарегистрирован: Вт май 17, 2005 18:44
Откуда: с Уралу
Контактная информация:

Re: КНИГА

Номер сообщения:#5   morozov »

Кисантий писал(а):
Ср май 03, 2017 1:44
Для обычного физика эта формула непостижима и думаю что лет 200 еще не поймут.
Ну да. Поэтому я предложил другую формулу, еще более забытую. Теперь ее поймут намного быстрее, лет этак через 190.

Этот пацан, хвастается, что в 60 пишет статьи сам. я в свои 75, не только сам пишу, но и сам читаю... и еще я не собираюсь писать свое жизнеописание. Хотя моя биография более разнообразна. В то время как товарищ пошел в школу, я уже работал слесарем на заводе.
С уважением, Морозов Валерий Борисович

Аватара пользователя
Кисантий
Сообщения: 7552
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 18:57

Re: КНИГА

Номер сообщения:#6   Кисантий »

>Этот пацан, хвастается, что в 60 пишет статьи сам.
Наш Вампир тоже пишет статьи сам, правда бредовые и поэтому редакция их на рецензию не посылает :? Поэтому он думает что абсолютно все редакции колумбированы и все сапинсы идиоты :D
Что мне нравится в Викибредии, так это то что там есть биографии наших академиков и наших воров в законе :shock: Надо понимать, что это намек на то, что мы должны гордится нашими великими людьми, независимо от того чем они занимались в этой жизни :shock:

>намного быстрее, лет этак через 190.
это произойдет тогда когда в очередном переиздании ЛЛ2 будет наконец заявлено что Вы с Эйнштейном были правы. А до этого все останется как есть, потому что как говорит наш уважаемый Вампир, у сапинсов своих мозгов нет и все смотрят на Ландавшица котрый один гениален и всегда прав. :mrgreen:
Кот это очень древнее и неприкосновенное животное. Кот спас жизнь хозяину, позвонив в 911

эдя псковский
Сообщения: 1552
Зарегистрирован: Ср фев 04, 2009 13:09
Откуда: Пскопские мы

Re: КНИГА

Номер сообщения:#7   эдя псковский »

Я тоже написал книгу. Через год попробовал почитать. Местами понравилось, иногда очень, но половины просто не понял. Читать тяжело, забыл то, что само собой разумелось. Хорошо, что только 6 экземпляров. :D :D :D
"В моей книге Бог понимается как трансцендентный абсолют (если Бог есть) или идея трансцендентного абсолюта (если Бога нет). Суще-
ствование или несуществование такого Бога в принципе недоказуемы, а следовательно, как ученый-материалист, я должен допускать возможность,что он есть". Все мне можно, но не все полезно. Если мир - множество всех множеств, то есть мир где Бог есть, есть мир где Бога нет и есть мир, где Бог есть, но его нет и есть мир где Бога нет , но он есть.
Но, автор прав, человек - мерило всего. И действительно, фундаментальный ученый всегда работает на ВЕСЬ МИР. Почему же тогда его должна финансировать отдельно взятая страна? Например, Эстония? Хотя финансировать науку через ООН это - идея. Налог на науку должны платить все. А кто не согласен, того - ядерной бомбой. Человек, как мерило, он такой. Поэтому Маркс и говорил - четыре часа поработал архитектором, а потом четыре часа тачечником. Или на картошку. Не должно быть профессионалов, тогда и обидок не будет. :D :D :D Эх. ...Нет в жизни счастья...

Кстати, а что там с научной продуктивностью и возрастом? Можно как Зельдин до ста лет прыгать? Когда мне было 35, мой начальник сказал, что все великие идеи созданы до 30 лет.
Я не знаю, что есть вращение.

Аватара пользователя
Кисантий
Сообщения: 7552
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 18:57

Re: КНИГА

Номер сообщения:#8   Кисантий »

>мой начальник сказал, что все великие идеи созданы до 30 лет.
он наверное по себе судит :wink:
Кот это очень древнее и неприкосновенное животное. Кот спас жизнь хозяину, позвонив в 911

Аватара пользователя
morozov
Сообщения: 34603
Зарегистрирован: Вт май 17, 2005 18:44
Откуда: с Уралу
Контактная информация:

Re: КНИГА

Номер сообщения:#9   morozov »

МОЕ КРЕДО
«Ваше политическое кредо? — Всегда!». Мне нравится эта фраза из
«Двенадцати стульев» Ильфа и Петрова.
Написав почти половину книги, я понял, что с самого начала надо
объясниться с читателем, да и с самим собой.
Я — ученый-материалист. Это не философское кредо, и я не собира-
юсь много философствовать. Материализм — это мое обыденное миро-
воззрение, основанное на том, что существует объективная реальность,
которая является моим гносеологическим «не-Я». Меня заботит ключевая,
как я считаю, методологическая проблема современной науки — ее антро-
поморфность, а в современной философии нет ничего о современной нау-
ке. Философы ее просто не знают (см. «Философия ни о чем»).
Среди главных достижений математики XX века называют теоремы
Геделя о неполноте (наряду с КАМ теоремой Колмогорова—Арнольда—
Мозера). Первая из теорем Геделя утверждает, что во всякой формальной
системе суждений в математической логике найдется формально неразре-
шимое суждение, т. е. ни само это суждение, ни его отрицание не являют-
ся выводимыми в этой системе. Вторая теорема Геделя устанавливает, что
при некоторых дополнительных условиях таким неразрешимым суждени-
ем является утверждение о непротиворечивости данной формальной сис-
темы. Эти теоремы, опубликованные К. Геделем в 1931 г., знаменовали не-
удачу предложенной Гильбертом программы формализации математики.
Теоремы Геделя появились не на пустом месте, а развивали аксиоматиче-
скую теорию натуральных чисел Р. Дедекинда и Дж. Пеано. В то же время
некоторые полагают, что Геделя стимулировали также философские рабо-
ты Канта, суммируемые тезисом:
«Любая система суждений является или неполной, или противоречивой».
Назовем его условно тезисом Геделя—Канта. Для меня это ключевой
принцип методологии науки.
Логика гносеологии — диалектика. Поэтому в моем понимании труд-
ности и противоречия — это узловые точки познания. Чтобы развить что-
то, в нем надо найти нестыковки, тогда есть с чего начинать и что приду-
мывать. Отсюда и моя обычная реакция на тот или иной тезис — выявить
в нем противоречия, а они всегда есть, ибо, как известно, «всякое выска-
зывание ложно». Причем я это делаю с самым позитивными намерениями,
но меня частенько обвиняют в том, что я норовлю все «обгадить». Вот и
моя книга — это не «брюзжание озлобленного старика», как может пока-
заться читателю, а вовсе даже «юношеское стремление к идеалу».
[Россия — моя страна, и «по-родственному» я считаю себя вправе
сказать ей прямо «в лоб» все, что о ней думаю, ибо ее проблемы — это и
есть узлы ее развития. Впрочем, судьба человечества куется не в России.
Вздыбив мир в XX веке, выплеснув себя в социальном эксперименте, Рос-
сия навсегда иссякла подобно чингизидовской Монголии.]
Будучи приверженцем диалектики как методологии познания, я, одна-
ко, не являюсь сторонником марксистского диалектического материализма.
С моей точки зрения, как профессионального ученого-физика, законы диа-
лектики не распространяются на неживую природу (см. «Человеческая
математика»), а книга Энгельса «Диалектика природы» — вульгарное ди-
летантство, впрочем, как и многое другое в марксизме. А чего еще ждать?
Ведь Маркс хотя и получил Ph. D, но по чистой философии («Различие
между натурфилософией Демокрита и натурфилософией Эпикура»), а в
истории и экономике он был самоучка; Энгельс же вообще остался без
высшего образования.
[Правда, выдающийся советский математик И. М. Гельфанд тоже был
вроде бы самоучкой, формально без среднего и высшего образования (как
сын «нетрудового элемента»), но научную карьеру он начал в аспирантуре
у А. Н. Колмогорова.]
Как ученый-материалист, я следую представлению об объективной ис-
тине, которая для меня является главной целью науки. В марксистской ма-
териалистической философии объективная истина — это «правильное от-
ражение объективной реальности в мысли». Она хотя и относительна, но
единственна. Действительно, объективная реальность единственна, и ее
правильное отражение, казалось бы, тоже единственно. Однако это неверно.
Объективная истина может быть многовариантной.
Это для меня еще один главный методологический принцип совре-
менной науки.
[Вроде бы совершенно абстрактный философский тезис о единствен-
ности объективной истины стал в СССР едва ли не главным политическим
принципом с колоссальными негативными последствиями (см. «Спиноза
по-советски»).]
Будучи материалистом, конечно, я — атеист, причем подчас весьма
«воинствующий». В дилемме «Бог есть — Бога нет» я выбираю послед-
нее. Проблема состоит в том, что в рамках принятой мной концепции Бо-
га, понимаемого как некий трансцендентный абсолют, его существование
или несуществование в принципе недоказуемы. Поэтому мой выбор, что
«Бога нет», это такая же вера, как и то, что «Бог есть». И, если несущест-
вование Бога доказать нельзя, я, как ученый, обязан допускать возмож-
ность его существования (см. «О гипотезе Бога»). Поэтому, будучи «про-
жженным» материалистом, я порой рассуждаю в категории Бога. Кроме
того, есть ли Бог или Бога нет, религия, как я уже отмечал, является не-
отъемлемым атрибутом всякой разумной формы жизни как вариант пре-
одоления отчуждения между «Я» и «не-Я».
Как ученый, я — профессионал. Я уважаю профессионалов, кем бы
они ни были, уже потому, что они профессионалы. Я их чувствую. Быть
профессионалом — это стиль, это когда в своей области можешь все.
Профессионалы — элита человечества. Гений — не обязательно профес-
сионал, но гений может такое… На то он и гений. Мне кажется наглядным
сравнение с бегунами на стометровку. Я — профессионал, который, фигу-
рально выражаясь, бежит стометровку за 10 сек. Я никогда не стану ре-
кордсменом за 9,8. Но я всегда пробегу стометровку за десять. Многие уже
ушли со стадиона, а я до сих пор в науке бегу стометровку за десять.
Я люблю Италию (my love Italy), и я люблю Флоренцию. Этот тоже
входит в мое кредо. Я был в Италии более полусотни раз, и на пару недель,
и по несколько месяцев. Все в Италии для меня одухотворено историей,
великими именами и событиями. В Италии моя жизнь простирается на ты-
сячелетия назад и я ощущаю себя так, как будто мне 2,5 тысячи лет. В Риме
и Флоренции дома XVI века — это массовая застройка. По дороге в уни-
верситетский городок Camerino я сотни раз проезжал мимо холма, с кото-
рого армия Ганнибала обрушилась на римлян в битве при Ареццо в 217 г.
до н. э., и каждый раз это меня впечатляет. Во Флоренции есть маленькая
церковь Santissimi Apostoli, почти не перестроенная со времен Данте (если
идти по Ponte Vecchio в центр, то надо свернуть в первый переулок налево).
Я всегда в нее прихожу и сижу если не на той же скамейке, то среди тех же
стен, что и Данте. Я ритуально захожу в кафедрал Santa Croce, чтобы по-
стоять у надгробий Галилея, Микеланджело и Макиавелли. В Риме на Forum
Romanum меня поражает маленький прудик с водой, в Доме весталок,
которому более 2 тысяч лет; рядом Курия — на ее ступенях был убит Це-
зарь, а неподалеку — Мамертинская тюрьма, где сидели апостолы Петр и
Павел — реальные люди, сошедшие со страниц Евангелия. Упомяну и ка-
менный мостик, перекинутый через придорожную канаву, который я уви-
дел недалеко от города Кампобассо, к югу от Рима. Ему тоже почти 2 тыся-
чи лет. По нему через канаву переходили покоренные самниты, усмирив-
шие их римляне, византийцы, арабы, норманны — вся двухтысячелетняя
история, и я тоже по нему прошел. Особенно я люблю Флоренцию. Она как
бы хранит творческий дух гениев Возрождения: Донателло, Брунеллески,
Микеланджело, Рафаэля... Я чувствую их, и я с ними «одной крови».

В заключение несколько вопросов самому себе.
Вопрос. Почему я пошел в теоретическую физику?
Ответ. Чтобы понять этот мир. Поскольку у меня были математиче-
ские способности, я не стал философом. Меня интересовал реальный мир.
Поэтому я не пошел в математики.
Вопрос. Что в моем понимании есть теорфизика?
Ответ. Теоретическая физика — это математическая мечта о реаль-
ности.
Вопрос. Почему мне удалось стать теорфизиком?
Ответ. Я умею хорошо разговаривать на языке математики, как кто-то
научился свободно говорить, например, по-китайски. Я рисую математи-
ческий образ физического мира, я думаю и философствую на языке мате-
матики. Причем в отличие от математиков, я могу оперировать не вполне
определенными математическими понятиями. Поэтому я — теоретиче-
ский физик.
Вопрос. Ученый — это копировальщик или творец?
Ответ. Природа не ведает законы, по которым существует. Она про-
сто существует. Устанавливая эти законы, ученый создает гармоничный
образ мира. Для людей и Бога (см. «О гипотезе Бога») этот образ и пред-
ставляет собой сам мир. Поэтому ученый — творец подобно Богу, если
Бог есть.
Вопрос. Какая моя черта как ученого самая сильная?
Ответ. Я умею выделять главное. Эта способность как элемент сис-
темного мышления дается человеку при рождении.
Вопрос. В чем моя главная слабость как ученого?
Ответ. Я не гений.
Вопрос. Не беспокоит ли меня, что я атеист? Ведь я же не могу быть
уверен, что Бога нет.
Ответ. Если Бог есть, я познаю для него мир, и потому я угоден Богу,
даже если в него не верю.
Вопрос. Хочу ли я, чтобы мое имя вошло в историю науки «всех вре-
мен и народов»?
Ответ. Я хочу, чтобы мои результаты остались в науке навсегда. А имя
автора со временем становится лишь набором звуков: «закон Абвгд».
С уважением, Морозов Валерий Борисович

эдя псковский
Сообщения: 1552
Зарегистрирован: Ср фев 04, 2009 13:09
Откуда: Пскопские мы

Re: КНИГА

Номер сообщения:#10   эдя псковский »

Неплохо и даже хорошо, но не гениально. Нет указанной автором игры противоречий. "Всякое утверждение ложно". Есть выражение изящнее и древнее
"слово изреченное ложь есть".

"Вопрос. Хочу ли я, чтобы мое имя вошло в историю науки «всех вре-
мен и народов»?
Ответ. Я хочу, чтобы мои результаты остались в науке навсегда. А имя
автора со временем становится лишь набором звуков: «закон Абвгд»."

Бытие информации гораздо интересней. Она существует как переизлучение. Результата как константы не останется, останется его многократное переосмысление, переотражение. Язык будущего будет отличаться от настоящего так же как наша речь от языка Эллочки-людоедки. Поэтому мы не можем формулировать вечных истин. Нет в мире Времени констант, только процессы. "Нам не дано предугадать, чем наше слово отзовется". А Бог это - сумма непознанных, но зафиксированных закономерностей. :D Не знаю как это называется в физике.

А в целом близко. Даже если я так не думаю, то я так думал. И действительно, в делах больше индивидуальности, чем в звучании имени. Более того, ворующий авторство, просто вкладывается в тиражирование чужих личностных особенностей. Это просто вариант признания. Поэтому предпочитают не замечать, а не воровать. Или очень глубоко перерабатывать услышанное. Иногда "похабить идею" в меру своего разумения, случайных или коммерческих обстоятельств (это я уже об инженеринге). Самое тяжкое оскорбление среди творцов - "у тебя никогда ничего не украдут"! :D :D :D
Я не знаю, что есть вращение.

Аватара пользователя
morozov
Сообщения: 34603
Зарегистрирован: Вт май 17, 2005 18:44
Откуда: с Уралу
Контактная информация:

Re: КНИГА

Номер сообщения:#11   morozov »

ДО ФИЗФАКА
Родился я 13 марта, но это «несчастливое» число никак до сих пор не
сказалось на моей судьбе. Меня нисколько не занимают «счастливые» и
«несчастливые» числа, даты и приметы, гороскопы и предсказания.
В 90-м году все знаменитые тогда прорицатели «облажались», не пред-
сказав даже за месяц развал Советского Союза и смену власти. На несколько
лет они притихли, а потом опять вылезли. Еще в XVI веке Леонардо да
Винчи после одной из битв тщательно осмотрел прямо на поле боя ладони
погибших, но не обнаружил никакой общей закономерности линий, которая
предрекала бы им столь печальную судьбу — вполне научных подход.
Мои родители были студентами «керосинки» (ныне Университет неф-
ти и газа) и жили в общежитии на Студенческой. Его здания и сейчас су-
ществуют, и даже небольшая горка, с которой я катался зимой (я недавно
там был). Они делили с другой парой «женатиков» маленькую комнатуш-
ку, поделенную пополам занавеской. Поэтому меня в несколько месяцев от
роду отправили в Мелекесс (переименованный потом в Димитровград), к
бабушке (по линии мамы, у папы родители умерли). С ней я жил безвы-
ездно до трех лет, а потом месяцами — до школы. Я не помню, чтобы ме-
ня это сколько-нибудь травмировало. Родители еще долго обретались по
общежитиям и только в 1959 г. получили двухкомнатную квартиру на Ле-
нинском 67. Папа был уже доцентом и от безнадеги совсем было собрался
перебираться в Уфимский нефтяной институт, но тут его студенческий
друг стал ректором «керосинки»…
Мой дедушка был строителем. Прораб, начальник стройки. Возводил
элеваторы в Мелекессе, потом в Калинине (теперь опять Тверь) и в Орше.
Жили мы при стройке или прямо на стройке. Бабушка — из сибирских
крестьян, самостоятельная, с врожденным чувством собственного достоин-
ства: никаких «сюсюканий». Я был накормлен, ухожен и в остальном пре-
доставлен сам себе. В Гражданскую войну дедушка был «красным коман-
диром» и одно время даже секретарем райкома партии. Потом по мобили-
Глава 1. До физфака 27
зации его направили в институт и на строительство Магнитки. Он тоже
был очень самостоятельный, ершистый, с начальством «ладить» не умел и
не хотел. У обоих никакой религиозности. Бабушка любила рассказывать,
как в детстве на нее четырежды надевали крест и всякий раз она перекусы-
вала цепочку. В последний раз сломала зуб, и от нее отстали. С гордостью
этот сломанный зуб показывала. Но о своем сельском попе вспоминала по-
доброму: он был хороший человек, учил ее грамоте. Из моих родственни-
ком по обеим линиям никто не был религиозным. Люблю ради подковырки
цитировать Остапа Бендера из «Золотого теленка»: «Вы не в церкви, вас не
обманут». Но серьезно о религии ниже (см. «О гипотезе Бога»).
От бабушки я, по-видимому, унаследовал два важных для моего науч-
ного будущего качества. Она всегда рано вставала, и я рано встаю, поздно
ложусь и вообще не люблю спать: столько времени теряется зря. В молодо-
сти иногда спал всего по 2–3 часа в сутки, а то и вообще не спал по два дня.
Однако предпочитаю следовать правилу Уинстона Черчиля: «Никогда не
сидеть, если можно лежать». На упреки жены отвечаю, что «хороший муж
на дороге не валяется, он валяется на диване». Бабушка была неутомима.
И мне до недавнего времени ничто не было «влом» (как сейчас говорят).
Жил как дышал. Шучу, что «самый практичный муж — это теоретик», ведь
он может работать дома, а значит и по дому, и с детьми сидеть.
Предоставленный от завтрака до обеда и от обеда до ужина сам себе,
я был как Маугли, но не в джунглях, а на стройке: лесопилка, канавы, ма-
шины, краны, песок и кирпичи, каменщики, грузчики, штукатуры и маля-
ры. Сердобольные рабочие меня называли прорабом и наливали внуку на-
чальника 50 г. разбавленного самогона. Буквально «пить и ходить я начал
одновременно». Во-первых, детям еще до года тогда было принято давать
кагор для здоровья и профилактики. Во-вторых, стройка. В-третьих, гру-
зинская традиция от отца наливать детям при общем застолье сухое вино.
Я не спился, как пугают в книжках. Наверное, у меня такая биохимия. На-
оборот, с детства выработалось здоровое отношение к алкоголю, без тяги
и фетишизации. Пил только в компании, но не за компанию. Мало пьянел
и свою меру знал. «Неспособность не есть добродетель». Голова — это
мое главное научное оборудование, которое должно быть в рабочем со-
стоянии, тем более что оно всегда при мне.
[Известно, что оркестранты очень завидуют вокалистам: после кон-
церта «закрыл рот и пошел домой».]
Никогда не курил. Зачем? Чтобы быть «своим»? Я вообще-то коллек-
тивист, но я не «свой». Где-то в Библии будто бы (не проверял) приведены
слова Христа: «Я не там, где все». Впрочем, раньше курение имело вполне
утилитарный смысл: надо было перебить вонь грязных тел и одежды.
Живя на стройке, я, конечно, знал весь матерный лексикон с детства,
и поэтому никакой особостью эти слова для меня не обладали. Но никто в
семье ни при каких обстоятельствах, в гневе или во хмелю, никогда ма-
терного слова не сказал. Это значило бы унизить прежде всего себя. Не
вслух в сердцах иногда сорвется что-нибудь.
В Орше в 56-м году дедушке наконец дали квартиру близко к центру
и недалеко от Днепра. Я целые дни проводил на реке: ловил рыбу, купался,
переплывая Днепр вдоль и поперек. Благо он там не широкий и не глубо-
кий, хотя течение быстрое. Я часами не вылезал из воды. Настолько наку-
пался в детстве, что сейчас в воду как-то и не тянет. Что там делать?
Скучно, все испробовано. Так же и с рыбной ловлей, и с фотографией.
И по лесам и болотам находился, и у костра насиделся настолько, что те-
перь запах костра раздражает. И на машине с родителями напутешество-
вался: папа, вернувшись в 62-м из двухгодичной командировки в Индию,
купил «Волгу». После этой командировки мы жили хотя и не богато, но по
советским меркам в достатке. Он потом стал проректором «керосинки»,
ездил в загранкомандировки по линии ЮНЕСКО. Поэтому при вступле-
нии во взрослую жизнь у меня не было потребительских фетишей. Само-
удовлетворение давало «не то, что имеешь, а то, что умеешь». И тут еще в
школе я «оттянулся по полной программе» (как теперь говорят).
В детстве я ярких способностей не проявлял и моим развитием осо-
бенно не занимались. Конечно, были какие-то кружки, занятия. Иногда я
начинаю сожалеть об этом: вот если бы… Мои родные мне возражают, что
гением я бы все равно не стал, и они правы. Гениями рождаются, хотя не
все гении раскрываются.
Читать я научился только в школе и увлекся чтением в четвертом
классе. Моими книгами стали: «Библиотека приключений», Жюль Верн,
наш фантаст А. Р. Беляев, «Приключения Шерлока Холмса» и «Затерян-
ный мир» Конан Дойля (потом интересовался палеонтологией), морские
повести и рассказы Станюковича, «Три мушкетера», «Граф Монте-Кри-
сто», «Гиперболоид инженера Гарина» и «Петр Первый» Алексея Толсто-
го — более или менее стандартный мальчишеский набор того времени.
В шестом классе я увлекся «космической» фантастикой. Она обратила мой
взгляд к звездам, передо мной разверзлась Вселенная. Но моей культовой
книгой тогда стали «Похождения бравого солдата Швейка» Гашека. Я ее
перечитывал частями много раз. Меня привлекали вовсе не «приземлен-
ные» сцены и лексикон, я еще тот лексикон знал. Как я теперь понимаю,
меня завораживала какая-то естественная парадоксальность, вывернутость
всего, что бы ни говорил и ни делал Швейк:
— Не страдаете ли вы падучей?
— Извиняюсь, нет. Правда, один раз я чуть было не упал на Карловой
площади, когда меня задел автомобиль…
Когда моих детей в школе учили, что дважды два — четыре, я не
преминул отметить, что бывает и один, и даже ноль (в числовых полях по
модулю три и два соответственно). И так не раз, я считал нужным в целях
воспитания показать им, что в жизни многое неоднозначно. Сейчас они
мне пеняют: у них, оказывается, развился комплекс неуверенности в чем-
либо, и не дают мне «портить» внучку.
В 61-м году, как я уже упоминал, папу послали на два года в Индию
организовывать нефтяной факультет в университете в Каракпуре. По то-
гдашним правилам в такую длительную командировку надо было хотя бы
на год ехать с женой (чтобы не «загулял»). Они взяли с собой моего брата
Сергея. Он на четыре года младше меня, ему исполнялось семь лет и надо
было идти в школу, но программу первого класса разрешали пройти дома.
Меня не брали, поскольку в Каракпуре не было русской школы. Там во-
обще тогда не было русских. Я очень хотел поехать, настолько, что целую
неделю буквально бился в истерике со слезами и криком. Это была моя
единственная в жизни истерика. Меня не взяли, и я остался с бабушкой.
Помню, институт дал автобус и мы ночью провожали их в Шереметьево.
Тогда там стоял всего один двухэтажный домик со смотровой площадкой
на крыше. Когда с бабушкой вернулись домой, я немного поплакал, заснул
и проснулся уже взрослым, отвечающим сам за себя. Ведь бабушка ни в
школе, ни во многом другом не могла мне помочь.
В школе я учился почти на одни пятерки. Не все давалось с лету, при-
ходилось в меру работать. Это было полезно. В седьмом классе я увлекся
географией. Родители одной из моих одноклассниц были учеными-гео-
графами, и они организовали у себя дома географический кружок с вос-
кресными и летними выездами на природу, исследованиями, докладами.
Я занимался геоморфологией: рельеф, шурфы, разрезы, схемы слоев и т. д.
Это был мой первый методологический опыт научной работы. Стал хо-
дить в кружок юного географа на географическом факультете МГУ, ездил
на полевую практику на его базу в Красновидово. Думал стать географом.
Все перевернулось после восьмого класса.
Я учился в восьмилетке, и после ее окончания надо было переходить
в другую школу. Мне хорошо давалась школьная математика, я участвовал
в математических олимпиадах, но не блистал. Там всегда давали одну-две
нестандартные, на сообразительность, задачи, и их я не мог решить. Но
пошел поступать во 2-ю математическую школу, на Ленинском проспекте,
недалеко от дома. Сдал вступительные тесты и был зачислен, причем в
один из ведущих классов. Набирали шесть девятых классов: три ведущих
математических и три тоже математических, но второго уровня, для тех,
кто послабее.
Насколько я знаю, 2-я школа и сейчас в топе (at the top) московских
математических школ, но тогда она была лучшей и уступала только 18-му
интернату при МГУ. Этот интернат собирал лучших со всей страны (но не
москвичей), в первую очередь — победителей всесоюзных и республи-
канских олимпиад. Он до самого недавнего времени оставался на высоте,
а что сейчас, не знаю, из-за ЕГЭ. Если вы хотите понять, что такое умный
человек, тогда пообщайтесь с выпускником (тогдашнего) 18-го интерната.
Это и есть умный человек, и дело не в его математических способностях.
Хотя, конечно, я несколько схематизирую ситуацию.
Мой выпуск 67-го года и предыдущий 66-го были самыми сильными
выпусками 2-й школы за всю ее историю. Нам преподавали знаменитые
теперь Е. Б. Дынкин, И. А. Манин, Э. Б. Винберг, заходил И. М. Гельфанд.
Мой брат Сергей тоже учился во 2-й школе. Он поступил в нее в шестой
класс, когда я был в десятом. Сейчас он — доктор наук, профессор, про-
ректор Университета нефти и газа.
С уважением, Морозов Валерий Борисович

Аватара пользователя
morozov
Сообщения: 34603
Зарегистрирован: Вт май 17, 2005 18:44
Откуда: с Уралу
Контактная информация:

Re: КНИГА

Номер сообщения:#12   morozov »

....................
Потом 2-ю школу фактически разогнали. Конечно, ее контингент был
непростой: гении, дети творческой интеллигенции. Царил дух фронды, в
том числе и политической. Как-то в стенгазете появилась статья о том, что
«комсомол — это корабль, облепленный ракушками». Еле отбились тогда от
райкома комсомола. В школе была хорошо поставлена литература, проводи-
лись встречи с литераторами, в том числе диссидентами: Якобсоном и др.
Вмешался КГБ. Все это было решено придушить. И придушили на 30 лет.
Сколько талантливых ребят недополучили в своем развитии? Что по-
теряла страна? Андроповский КГБ «профукал» Советский Союз. Они го-
нялись за инакомыслящими, а СССР развалила региональная партийная
элита, плоть от плоти которой был Ельцин.
Во мне сильна корпоративная солидарность. Если в человеке есть
«божья искра» таланта, ее надо всячески раздувать. Молодцы евреи: они
всегда это делают, «всей синагогой» пестуют, иначе они бы не выжили
как нация.
Два года во 2-й школе были одними из лучших в моей жизни. Они —
моя гордость. Там я сделал себя. Среди моих одноклассников были гении
(правда, потом я о них ничего не слышал). Я не гений. Я знал это по
олимпиадам, но это меня не травмировало. И с моими негениальными
способностями у меня был большой простор для саморазвития. Не сделав
меня гением, природа одарила меня другой способностью — выдерживать
продолжительное интеллектуальное напряжение, днями, неделями и ме-
сяцами, прессовать себя тем сильнее, чем ближе финал работы. Далеко не
каждому это дано, даже гению. Эта способность — моя главная гордость,
и я не комплексую, что я не гений, хотя было бы, конечно, неплохо.
В 1985 г., сдавая в издательство книгу с Д. Д. Иваненко, я все же «пе-
редавил». Неделю я спал по 2–3 часа в сутки и заработал инфаркт, но уз-
нал о том, что это был инфаркт, только через 20 лет.
[…сейчас четыре часа ночи, и надо перестать писать, и не могу пере-
стать, и потому завтра (точнее сегодня), наверное, опять будет плохо с
сердцем…]
Глава 1. До физфака 31
Во 2-й школе я занимался по 18 часов в сутки — в ванне, в туалете, во
сне — и мне все удалось. Это был кайф! Я, как уже говорил, «оттянулся по
полной программе». Спасибо родителям, они меня кормили, поили и ни на
что не отвлекали. В конце десятого класса нам дали новую квартиру в том
же доме, и при переезде они не попросили меня даже сумку перенести.
Хорошо помню, как сижу посреди пустой комнаты еще в старой квартире,
передо мной стул, на стуле лежит чемодан, на котором я решаю одну за
другой задачи с автоматизмом вычислительной машины.
В школе нам преподавали две математики: стандартную школьную и
дополнительные разделы алгебры, геометрии, теории множеств. Послед-
нюю вели преподаватели и аспиранты мехмата. По этой математике я в
первом полугодии получал четверки, а потом — по всем предметам пятер-
ки (кроме русского языка, с грамотностью у меня были проблемы, при-
шлось даже нанять репетитора). Именно эта математика очень развивала
вариабельность, способность самому осваивать новый материал, что очень
пригодилось на физфаке, который не обеспечивал теоретику полноценно-
го математического образования. В конце десятого класса каждому дали
своего рода курсовую работу — решить некую математическую пробле-
му. Я пошел «перпендикулярным» путем, зато освоил самостоятельно
дифференциальное и интегральное исчисление, которое в школе тогда не
преподавали.
На нас в девятом классе опробовали и новый курс биологии, вклю-
чавший основы генетики и молекулярной биологии (после краха Хрущева
и поддерживаемого им Лысенко). Это было очень полезно для развития
общего мировоззрения, той же вариабельности. Моя жена Аида, однокурс-
ница, окончила кафедру биофизики физфака и занимается молекулярной
биологией в приложении к канцерогенезу. От нее я тоже кое-что знаю о со-
временной биологии. Мне в свое время очень понравилась книга Ирвинга
Стоуна «Происхождение» о Чарльзе Дарвине, а именно — ход его мыслей
как ученого. Сейчас в России поднялась волна мракобесия: и дилетантско-
го, и религиозного. Если вы так против Дарвина, то будьте последователь-
ны: не ходите в больницы и аптеки, а лечитесь молитвой и корой дуба.
Отличник во 2-й школе, я вовсе не был «ботаником». В школе шла
бурная общественная и приятельская жизнь, в которой я активно участво-
вал. Я был заместителем секретаря, а фактически — секретарем комсо-
мольской организации школы. В ней состояло около 700 человек, и она
была крупнейшей первичной комсомольской организацией Ленинского
района. Ей полагался освобожденный секретарь, на ставке, и нам прислали
молодого парня после армии. Парень был простой, но хороший. Конечно,
ему было с нашим контингентом трудно, но мы с ним отлично сработа-
лись. Я и в старой школе был комсомольским секретарем, но не из каких-
то идейных или карьерных соображений, а просто интересно: общаешься,
32 Глава 1. До физфака
да и не трудно. Только не надо быть упертым и занудой: если что-то нель-
зя, но очень хочется, то можно. Я и на физфаке занимался общественной
работой. Дважды командиром возил стройотряды. Природа в какой-то ме-
ре одарила меня системным мышлением. Я по этому поводу не задаюсь,
но оно помогает в научной деятельности. Я умею выделять главное. Это
моя универсальная методологическая «отмычка».
Системное мышление дается человеку от рождения. Это когда его го-
лова удерживает цельную картину системы и осознает каждый ее элемент
во взаимосвязи с другими. Организационные способности — проявление
системности мышления. Системное мышление либо есть, либо его нет.
Поэтому подчас простые малограмотные люди из низов становятся лиде-
рами страны, например при революции. Однако системное мышление, как
и хитрость, еще не означает ум. Сталин у нас и Мао Цзэдун в Китае несо-
мненно обладали системным мышлением. Но были ли они умными? По-
донками они были. «Умный» Сталин ради власти сломал хребет стране.
Мао Цзэдуну это оказалось не по зубам просто потому, что Китай по ко-
личеству населения много больше. К тому же в Китае потом был Ден Сяо
Пин, а у нас — Хрущев. Но об этом ниже, когда речь пойдет о советской
науке (см. «СССР. Кастрированная наука»).
Поступив во 2-ю школу, я не оставил географию. Летом после девято-
го класса я поехал в экспедицию с полевой группой географического фа-
культета. Тогда еще не были открыты нефтяные месторождения Западной
Сибири и в устье Оби планировалось построить гигантскую гидроэлек-
тростанцию, затопив при этом всю Западно-Сибирскую низменность. На-
ша экспедиционная группа состояла из пяти человек: трех сотрудниц гео-
графического факультета, меня — рабочего (копать шурфы и пр.) и мест-
ного водителя. Мои родители очень нервничали, папа на вокзале, когда
провожали меня, был белый лицом, но они ни слова не сказали. Я благо-
дарен им: где-то с восьмого класса они дали мне карт-бланш в выборе
жизненного пути. Сибирь произвела сильное впечатление: первозданная
природа, простор, безмолвие и безлюдье. Помню Тобольск, кремль, домики
декабристов, береговой обрыв, на котором, по преданию, сидел Ермак. До
XX века Тобольск был столицей Сибири, но Транссиб проложили южнее,
через Тюмень, и Тобольск захирел. Помню еще только строившийся Урен-
гой и тайгу у порога гостиницы, захудалый тогда Ханты-Мансийск, Иртыш,
Обь. Из Ханты-Мансийска в Тюмень возвращались самолетом, и два часа
под крылом «кукурузника» простирались одни болота с редкой щетиной ле-
са. Степь (казахстанская, украинская), море, горы и звездное небо всегда
производили на меня впечатление. Горы это тоже простор, только ввысь.
По-видимому, от рождения у меня в мозгу сложилось стремление
(некая система связей между нейронами) «если делать, то по-большому»
(как говорит хорошая подруга жены Татьяна Рябых, тоже выпускница
физфака). В детстве мне очень нравилась фраза из «Петра Первого» Алек-
сея Толстого, когда Лефорт наставляет молодого Петра: «Замахивайся на
большее, а по малому — только кулак отшибешь». Когда мне было без ма-
лого три года (в конце 52-го или начале 53-го), в Мелекессе (или Брянске?),
где я жил с бабушкой и дедушкой, проходили какие-то выборы. Меня взяли
на избирательный участок (взрослым — пиво, детям — конфеты). Там, как
любила рассказывать бабушка, кто-то, умилившись карапузу, спросил ме-
ня: «Кем ты хочешь стать, когда вырастишь?» Я ответил: «Сталиным, а то
он старенький, и, когда умрет, его надо будет заменить». Дедушку не аре-
стовали, наверное не успели: Сталин в марте 1953 г. умер. Теперь это наша
семейная легенда. И во взрослой жизни, еще в советское время, из админи-
стративных должностей меня впечатлял только пост члена Политбюро, а из
наград только Звезда Героя соцтруда. Впрочем, я достиг гораздо большего:
я делаю науку на мировом уровне и мои научные результаты — навсегда,
неважно, будут ли их связывать с моим именем или нет.
Мои старшие товарищи по сибирской экспедиции отговаривали меня
поступать на географический факультет («Не с твоим умом», — говорили).
Но только в середине десятого класса я вдруг решил, что пойду на физфак
МГУ. Наши преподаватели с мехмата предлагали мне поступать на мехмат,
но я знал, что на письменном экзамене по математике последнюю задачу
билета, «на гениальность», не решу и заведомо получу не выше четверки.
Идея была такая: окончить школу с серебряной медалью и сдавать на физ-
факе только два экзамена, письменную и устную математики. Получив две
пятерки, я как медалист освобождался от физики и сочинения. О трудно-
стях с русским языком я уже упоминал. Что касается физики, нам ее хоро-
шо преподавали, но на уровне явлений, объяснений, опытов. А для сдачи
экзамена на физфак нужны были законы, формулы и решение задач.
[Это системная методическая проблема преподавания физики в шко-
ле: учителя физики не умеют решать задачи даже из школьного учебника.
Моя теща Рея Валиевна была учителем физики, хорошим учителем, но
она не умела решать задачи, трезво понимала это и часто просила меня
помочь. Когда я вынужден был заняться репетиторством (почти десять
лет, в 80-е), я выработал свою методику подготовки по физике: законы,
формулы и решение, решение и еще раз решение задач.]
Как всегда, «гладко было на бумаге, да забыли про овраги». Устную
школьную математику мы сдавали заранее, в марте или апреле. И я не-
ожиданно получил четверку: забыл подготовить один из вариантов какой-
то геометрической теоремы. Мои школьные учителя все понимали и за
выпускное сочинение поставили мне пятерку, хотя, наверное, на какие-то
мелочи в нем они просто закрыли глаза. Таким образом, я окончил школу
с серебряной медалью. На мраморной доске медалистов 2-й школы есть
моя фамилия.

То, что я окончил 2-ю математическую школу в те ее легендарные го-
ды, тоже моя гордость. Там я впервые ощутил себя профессионалом.
Мы сдавали выпускной экзамен по школьной математике весной,
чтобы освободить время для подготовки к вступительным экзаменам.
С самого начала, в девятом классе, наш школьный учитель математики
сказал, что его главная цель — подготовить нас к вступительным экза-
менам. До сих пор (вернее до ЕГЭ) главный критерий уровня математи-
ческой школы — это сколько ее учеников куда поступили. Нашему
школьному математику было, наверное, за семьдесят: маленький, лысый,
полноватый, очень энергичный старичок. В нем чувствовалась давняя-
давняя, едва ли не гимназическая, закваска. Он давал методику решения
задач, и потом мы решали, решали и решали их, вырабатывая автома-
тизм. Билет по письменной математике на физфаке МГУ содержал пять
задач, из которых первые четыре, по алгебре и тригонометрии, были на
стандартные методы, а пятая задача, обычно геометрическая, требовала
сообразительности. Первые четыре задачи надо было решить не задумы-
ваясь, «на автомате», максимум за полчаса, оставив все остальное время
на последнюю. Устный экзамен по математике тоже в основном сводился
к решению задач.
Потом, работая на физфаке, я неоднократно участвовал в приемных
экзаменах. Подход был такой: раз абитуриент решает задачи, значит он
умный, а если он чего-то не знает, то потом выучит, по мере надобности.
Однажды меня с напарником попросили «внимательно» отнестись к некой
абитуриентке. Конечно, пожалуйста, ведь из всех поступающих важно не
упустить лучшие 3–5 %, а кто будут остальные, не очень важно. Эта де-
вочка не знала ничего, абсолютно, ноль. При всем нашем нежелании, мы
могли ей поставить только двойку. После этого меня к вступительным эк-
заменам не привлекают уже 30 лет — ну и хорошо.
Решив поступить на физфак, я готовился только к экзаменам по мате-
матике, не от самоуверенности, не из расчетливости или «на авось». Не
помню, как и почему, но о других экзаменах я напрочь забыл. Я решал и
решал задачи, одну за одной, как автомат, из всех университетских сборни-
ков по всем естественным факультетам, кроме последних задач мехматов-
ских билетов. Их я даже не пытался решать. Тогда был простой критерий
гениальности: кто решил все на письменной математике на мехмате — тот
гений. Их были единицы. Их брали всегда, несмотря ни на что. Так же и
на физфаке. Абитуриент, сдавший на пять две математики, на физике мог
нести чушь — его все равно брали, и за сочинение ему всегда ставили
проходную тройку. Конечно, действовал негласный ценз по национально-
му, социальному и, наверное, каким-то другим критериям. Но топ-листа
абитуриентов, который выявлялся на математике, он не касался, хотя бы
из чисто утилитарных соображений: в каждой учебной группе (их на кур-
се 20) должны быть 2–3 сильных студента-«паровоза», чтобы другие
вольно или невольно на них ориентировались и подтягивались.
В нашей группе таким «паровозом» был я. Когда на одном (и только
на одном за все 5 курсов) экзамене по физике мне поставили четверку, вся
группа остолбенела: что же с ними будет? — но обошлось. Однако я забе-
гаю вперед, в следующий раздел книги.
Именно готовясь к вступительным экзаменам, я почувствовал себя
профессионалам — в решении задач. Я мог решить любую экзаменацион-
ную задачу по математике на любом факультете МГУ, кроме пресловутых
последних задач мехматовских билетов. Я без труда восстановил этот
профессионализм, когда, как я уже упоминал, занялся репетиторством.
Я сдал обе математики на пятерки. Я был очень горд. Я до сих пор
горжусь этим. Это был чисто поставленный опыт с однозначным результа-
том. Я продемонстрировал класс прежде всего самому себе. Родители бы-
ли счастливы, особенно папа: его сын с блеском поступил в лучший вуз
страны и, как казалось, один из лучших университетов мира. Мне тоже
так представлялось, но я ошибался.
С уважением, Морозов Валерий Борисович

Аватара пользователя
morozov
Сообщения: 34603
Зарегистрирован: Вт май 17, 2005 18:44
Откуда: с Уралу
Контактная информация:

Re: КНИГА

Номер сообщения:#13   morozov »

я знал, что на письменном экзамене по математике последнюю задачу
билета, «на гениальность», не решу и заведомо получу не выше четверки.
Я давно догадывался, что я гений. Последнюю, четвертую, задачу я на просто решил а получил "плюс факториал", к тому же, я на экзамене встал через 20 минут - "Вы куда?" - "все сделал"...
Правда я в том же году перед этим завалил письменную математику на физфаке (сдавали в две смены)....
Билет по письменной математике на физфаке МГУ содержал пять
задач, из которых первые четыре, по алгебре и тригонометрии, были на
стандартные методы, а пятая задача, обычно геометрическая, требовала
сообразительности. Первые четыре задачи надо было решить не задумы-
ваясь, «на автомате»,
Тупые задачи не по мне, С помощью формулы Эйлера я превратил тригонометрическое уравнение в алгебраическое, при этом ухитрился ошибиться. Только потом вспомнил, что в черновике у меня был другой ответ.
Тогда был простой критерий
гениальности: кто решил все на письменной математике на мехмате — тот
гений. Их были единицы. Их брали всегда, несмотря ни на что.
Подтверждаю, мне переправили в сочинении, двойку на тройку, сам видел. А на экзамене по английскому (это был последний год когда его сдавали на вступительных) я выдал набор слов... тетка сказала, что это вы так хорошо сдаете, а язык на два с плюсом.
Кстати я поступил бы сдав все на тройки как "стажник" , проработавший два года.

Теперь я статьи пишу сразу без предварительных вычислений... это настоящий кайф! Никогда не знаешь что будет в конце.

Другой тест на гениальность, по версии автора премии на олимпиадах не в счет, я их получал на физических олимпиадах. выбор задач в физике не такой большой как в математике.
С уважением, Морозов Валерий Борисович

Аватара пользователя
Кисантий
Сообщения: 7552
Зарегистрирован: Ср ноя 04, 2009 18:57

Re: КНИГА

Номер сообщения:#14   Кисантий »

> С такой наукой у человечества нет большого будущего. Тупик! Как
найти выход? Это будет ясно потом, когда выход найдут. Если найдут.
не найдут :wink:
Кот это очень древнее и неприкосновенное животное. Кот спас жизнь хозяину, позвонив в 911

эдя псковский
Сообщения: 1552
Зарегистрирован: Ср фев 04, 2009 13:09
Откуда: Пскопские мы

Re: КНИГА

Номер сообщения:#15   эдя псковский »

morozov писал(а):
Ср май 03, 2017 23:31
Я давно догадывался, что я гений.
У меня потрясающее сходство с автором класса до 6-8 ого. Вплоть до деталей и отношения к жизни. Самый большой интеллектуальный подвиг я совершил в 4м классе. Нина Сергеевна дала провокационную задачу на дом (на выходные), зная, что ее не решат, и предполагая, после возникших и осознанных трудностей, показать классу метод решения системы уравнений с четырьмя неизвестными. Для тогда меня было шоком не выполнить домашнее. Я потратил полтора дня и решил ее логическим путем составив длиннющее конечное выражение без упрощений. Возникла одна трудность - нас не ознакомили с тройными скобками. Была круглая и "старшая" - квадратная. Тогда я решил в качестве третьей поставить мегаквадратную.
В понедельник, когда все (включая трех отличников) признались, что не сделали домашнее (что меня сильно удивило), я сказал, что сделал. Вышел к доске и написал во всю доску это чудовищное выражение. И начал рассказывать его смысл. Но, меня прервал хохот класса. Смеялись почти все. Я понимал, что рисковал, но ожидал такой реакции после того как учитель скажет, что я ошибся. Учитель сказал, что решение правильно, но она покажет более простое, что бы не возникало таких сложностей. Класс успокоился почти сразу, я все равно ошибся, просто не так смешно как показалось вначале. А я перестал верить в могущество коллективного разума. Впрочем, учиться приходилось "с револьвером в кармане" и здесь коллектив тоже был зрителем, а не участником, часто недоброжелательным. Было много причин не верить в его непогрешимость. В детском садике я доказал, что Солнце больше дома и методом неполной индукции обосновал тезис, что оно больше Земли. Когда актив группы загомонил, что Солнце не больше тарелки, в крайнем случая арбуза, я всем напомнил, что когда Солнце проходит рядом с многоэтажным домом в отдалении, то они почти одинаковы. Это поразило воображение оппонентов. По картинкам я вспомнил, что оно может быть больше гор на горизонте и девочка из Крыма это подтвердила. И тогда я сказал, что если все приблизить к Солнцу, то все будет меньше его. Даже наша Земля. Вся. Добавив, что так говорят взрослые. Половина сокамерников согласилась, другие просто замолчали. А когда я нарисовал реактивный самолет без пропеллера, а один неуч стал утверждать, что без пропеллера он не полетит, я дал ему в нос. Научный авторитет позволял.
В отличие от автора книги перечень моих научных работ на этом заканчивается. Впрочем на школьной городской олимпиаде я однажды занял первое место, с имея трояк по физике и найдя решение не предусмотренное задачником. А на институтской с трояком по математике. Но, это не требовало мужества. И сейчас я вряд ли смогу ПРОГОВОРИТЬ решение системы из четырех уравнений. :D :D :D
Но, я таки был и на месте Галилея, и на месте Петра1 !!!
Последний раз редактировалось эдя псковский Чт май 04, 2017 10:07, всего редактировалось 2 раза.
Я не знаю, что есть вращение.

Ответить

Вернуться в «Дискуссионный клуб / Debating-Society»